Представьте: пустыня, пыль, бесконечные ряды абсолютно одинаковых 15-этажных домов, уходящих за горизонт. Ни деревьев, ни магазинов, ни людей — только бетонные исполины, застывшие в ожидании. Это не кадры из постапокалиптического фильма, а реальный иранский город Пардис, а точнее — его 11-я фаза. Грандиозный проект доступного жилья, который должен был стать раем для сотен тысяч людей, превратился в одну из самых странных и печальных достопримечательностей современности.
Пардис (в переводе с персидского — «рай») расположен всего в 25 км к востоку от Тегерана, столицы Ирана. По замыслу проектировщиков, город должен состоять из 11 районов (фаз) и вместить около 600 тысяч жителей. Одиннадцатая фаза — самая крупная и самая проблемная.
Именно её фотографии разлетелись по интернету с 2014 года: бесконечные ряды высоток, построенных по единому проекту, пустые улицы, отсутствие зелени и инфраструктуры. Выглядит так, будто архитектор просто скопировал один дом 564 раза и расставил их на пустыре.
Проектная численность жителей 11-й фазы: около 130 000 человек
Количество домов: 564
Этажность: 15
Квартир в каждом доме: 59
Минимальная площадь квартиры: 70 м²
Цена квадратного метра: от 400 долларов (на момент начала проекта)
То есть перед нами 564 абсолютно идентичных здания, выстроенных в пустыне с математической точностью. Никаких тебе архитектурных излишеств — только функциональность и экономия.
Проект Пардиса запустил президент Ирана Махмуд Ахмадинежад в середине 2000-х. Задачи были благородные:
Разгрузить Тегеран. Столица задыхалась от пробок, перенаселения и дорогой аренды. Новый город-спутник должен был принять на себя часть жителей.
Обеспечить доступным жильём. Из-за урбанизации цены на недвижимость в крупных городах взлетели до небес. Бюджетные квартиры были остро необходимы.
В 2007 году стартовала национальная программа жилищного строительства под названием Mehr (в переводе — «дружба», «привязанность»). Планировалось построить 2 миллиона квартир за 5 лет. Банки выступали посредниками между турецкими подрядчиками и правительством. Условия для покупателей были сказочными: первый взнос — 20%, остальное — ипотека на 99 лет под госгарантии.
Казалось, что вот оно — счастье для всех.
А не так пошло практически всё.
К апрелю 2008 года построили около 400 тысяч квартир, а желающих зарегистрировалось 3,7 миллиона человек. Дефицит и высокий спрос мгновенно породили спекулянтов. Квартиры скупали перекупы, чтобы перепродать втридорога. Позже вскрылось, что группа из 90 человек умудрилась набрать ипотечных кредитов на общую сумму 8 миллиардов долларов. Программа доступного жилья превратилась в кормушку для спекулянтов.
Государство не успевало рассчитываться с подрядчиками. Чтобы залатать дыры, Центробанк включил печатный станок. И без того высокая инфляция в Иране рванула вверх, устанавливая новые рекорды.
В 2013 году к власти пришёл новый президент, Хасан Рухани, который не горел энтузиазмом по поводу программы Mehr. Финансирование сократили, стройка затянулась. Позже добавились американские санкции, которые обрушили курс иранского реала и сделали импорт стройматериалов и расчёты с подрядчиками ещё сложнее.
11-й район строили последним и самым крупным. Ему досталось больше всех.
Канализация и вода. По проекту здесь должны были построить собственные очистные сооружения. Но по какой-то причине на их месте возвели ещё один жилой дом. В итоге первые годы канализация сливалась прямо в местную речку. Люди не могли заселяться, потому что элементарно не было воды и водоотведения. Проблему решили только после того, как район подключили к тегеранской системе водоснабжения.
Отсутствие инфраструктуры. Магазины, школы, больницы, детские сады — всего этого в районе практически нет. Жители вынуждены ездить за всем в Тегеран, что окончательно убило идею разгрузить столицу.
Пустынный ландшафт. Озеленением никто не занимался. Вокруг — выжженная земля, пыль и бетон. Ни деревьев, ни скамеек, ни детских площадок.
На сегодняшний день 11-я фаза Пардиса частично заселена, но выглядит всё равно сюрреалистично. Бесконечные ряды одинаковых башен, отсутствие нормальной инфраструктуры, проблемы с водой и дорогами — это далеко не тот «рай», который обещали.
Цены на квартиры, которые должны были быть доступными, выросли: $400 за квадрат при минимальной площади 70 м² — это уже не для бедных, а для среднего класса. Иранцы шутят, что Пардис — это памятник коррупции, инфляции и плохому планированию.
Тем не менее, люди там живут. Потихоньку появляются кафе, магазины, школы. Возможно, через 10–20 лет район превратится в нормальный город. Но пока это — один из самых жутких и впечатляющих примеров того, как благие намерения и гигантомания могут привести к архитектурному и социальному кошмару.
Снимки 11-й фазы Пардиса облетели весь мир именно из-за своей нереалистичности. Идеальные ряды башен на фоне голой пустыни — это готовый кадр для антиутопии вроде «Эквилибриума» или «Голодных игр». Только это реальность. Иранский «город будущего» стал символом того, как не надо строить жильё, если хочешь, чтобы люди были счастливы.
