Римские легионы маршировали, дрались, строили дороги и снова маршировали. Менялось всё: доспехи, тактика, даже национальный состав солдат. Но внутри этой военной машины всегда был человек, который держал строй. Человек с виноградной лозой в руке. Человек, которого боялись больше, чем врага. Это центурион.
В Риме были командиры. Центурионов не выпускали из военных академий с золотыми погонами. Их выбирали. Вернее, назначали. Вернее, ставили те, у кого была власть. И это были обычно мужчины с биографией, которая заставит побледнеть даже бывалого спецназовца.
Если всё же попробовать перевести центуриона на язык современных званий, то диапазон получится: от лейтенанта до майора.
Почему такой разброс? А потому что центурионы командовали всем подряд:
Самый простой центурион командовал центурией — от 50 до 100 человек. Это где-то уровень командира роты (капитан).
Покруче — командовал манипулом (100–200 человек) или даже когортой (до 1000 человек). А это уже тянет на командира батальона (подполковник).
А был ещё примипил — первый центурион, который возглавлял авангард из четырёх центурий. Такие ребята командовали не просто солдатами, но и другими центурионами.
Вдобавок ко всему, центурионы занимались не только войной. Они отвечали за снабжение, следили за дисциплиной, вели бухгалтерию и разбирали жалобы. В современной армии за это отвечают три разных человека.
Так что самый честный ответ: центурион — это командир роты или батальона с обязанностями замполита, завхоза и военного судьи в одном флаконе.
Стать центурионом за просто так, без связей, было сложно. Почти невозможно. Почему? Потому что Рим — даже на пике своего могущества — оставался, по сути, одной большой супер-деревней. Все всех знали. Если не напрямую, то через троюродного дядю, который когда-то спас жизнь сенатору. Круговая порука, кумовство и личная преданность правили балом.
Военачальник назначал центурионами тех, кому доверял. Лично. А доверял он обычно: своим родственникам, клиентам — людям, которые были ему чем-то обязаны, ветеранам, которые уже отслужили своё и вернулись в армию (их называли эвокатами), отчаянным храбрецам, которые в бою настолько всех поразили, что их нельзя было не заметить.
Никаких экзаменов, никаких конкурсов. Просто легат (командир легиона) тыкал пальцем в толпу легионеров и говорил: «Ты, ты и ты — теперь центурионы. Поздравляю, не подведите».
Конечно, просто так юнца с хорошей фамилией на эту должность не поставили бы. Поэтому хоть какая-то связь с реальностью была. Но в целом, если вы не дружили с начальством и не участвовали в двадцати битвах, шансы были близки к нулю.
Центурионами становились не по заслугам. Центурионами становились по доверию. А доверие — штука такая: или у тебя есть, или нет.
Рядовой легионер в хорошие времена получал около 225–300 денариев в год. Этого хватало на еду, но не более того. На денарий можно было купить 8-10 буханок хлеба.
Центурион средней руки получал в 10–15 раз больше. То есть примерно 3.3–3.5 тысячи денариев в год.
Чтобы вы понимали масштаб:
Аренда приличной комнаты в римской многоэтажке (инсуле) стоила 500–750 денариев в год. Значит, центурион мог снимать четыре квартиры одновременно и даже не заметить трат. Хороший конь стоил около 600 денариев.
Но это всё цветочки. Потому что был примипил. Он зарабатывал 15–20 тысяч денариев в год. То есть в 4-5 раз больше обычного центуриона. Примипил мог позволить себе собственный дом на Палатинском холме, персонального повара, раба-учителя греческого для детей и ежегодный отпуск в Неаполь.
Для сравнения: губернатор провинции получал около 100 тысяч денариев, но у него и ответственность была как у министра обороны целой страны. А центурион просто бил палкой непослушных солдат и водил строй в атаку. Неплохая жизнь, да?
У римского легионера (и центуриона вдвойне) был ещё один источник дохода — трофеи. Если легион брал город, добычу делили. Не поровну, конечно. Командиры получали львиную долю, центурионы — приличный кусок, а рядовые — крошки с барского стола. Но даже этих крошек хватало, чтобы жить полгода безбедно.
Кроме того, во время гражданских войн военачальники вообще не жалели денег. Каждый хотел перетянуть легион на свою сторону. А лучший способ купить армию — это дать солдатам денег. Много денег.
Центурион — это, пожалуй, самая недооценённая фигура античности. Не императоры, не сенаторы, не полководцы. А именно центурионы держали Рим на своих плечах восемь веков. Они тащили легионы через Германию, Британию и Парфию. Без них империя рассыпалась бы за пару десятилетий.
Сколько бы они получали сегодня в пересчёте на наши деньги? Если грубо прикинуть, то центурион средней руки зарабатывал бы где-то 150–200 тысяч долларов в год (с учётом покупательной способности денария). А примипил — под миллион.
Кем бы они были в современной армии? Офицерами средней руки, которые прошли путь от солдата до командира, пахали двадцать лет и теперь имеют право голоса. Их бы уважали. Их бы боялись. Им бы завидовали.